?

Log in

No account? Create an account
 
 
23 Сентябрь 2009 @ 16:45
Ресторанный рок-н-ролл  
Рок в советские времена был либо подпольный, либо... ресторанный. Причем в ресторанах подчас исполнялась не менее драйвовая музыка, чем на андеграундных сейшенах, и многие музыканты уходили с официальной сцены в рестораны именно для того, чтобы играть там рок.
В Москве в 70-е годы и в начале 80-х было несколько ресторанов – «Сатурн» на улице Кирова, «София» на Маяковке и Варьете Центрального Дома туриста, - куда люди ходили не столько кушать, сколько слушать хорошую музыку.

Алексей "Вайт" Белов


Александр Барыкин


Леонид Геллер

Одним из самых популярных ресторанов Москвы в шестидесятые годы был «Сатурн», который располагался на улице Кирова (ныне – Мясницкая) в доме № 13, напротив магазина «Рыба». Впрочем, это был вовсе не ресторан, а столовая, поэтому публика ходила туда не для того, чтобы оценить кухню. Рассказывают, что официанты в «Сатурне» сами покупали ананасы и икру, чтобы сервис выглядел побогаче, но всегда предупреждали гостей: «Если кто спросит, откуда у вас на столе эти деликатесы, скажете, что это вы сами принесли!».

«Сатурн» стал популярен благодаря великолепному оркестру Леонида Геллера, который регулярно выступал в этом ресторане. Говорят, что в иностранных путеводителях тех времен было написано, что если вы хотите послушать в Москве хорошую музыку, то идите в «Сатурн», «на Геллера».
Саксофонист и кларнетист Леонид Геллер был культовой фигурой тогдашней музыкальной Москвы, законодателем музыкальной моды. Первый успех пришел к Леониду в 50-х годах, когда на территорию Советского Союза ворвался джаз. Те, кто близко знали Леонида Геллера, вспоминают, что он был не просто классным музыкантом, а еще и стильно одетым человеком с хорошими манерами, приветливым и не заносчивым. Рассказывают, что Геллер был настоящей звездой в среде стиляг. На прогулку по улице Горького, где в 50-е годы собирались стиляги, он всегда выходил в шикарном американском костюме, его волосы были тщательно набриолинены, на шее красовался модный галстук. «Хиляя» с приятелями по «Броду», Геллер стремился выказать себя настоящим англоманом. Остановившись около какой-нибудь группки модного народа, он говорил, чтобы все слышали: «Ноу, ит из». Других английских фраз он не знал. В наши дни биография Геллера нашла отражение в образе главного героя фильма «Стиляги» - саксофониста Мэлса.
Где бы ни выступал Геллер, за ним по пятам ходили обожавшие его поклонники. Когда в 1969 году Геллер начал постоянно выступать в «Сатурне», в этой тривиальной по тем временам столовке начали собираться богатые люди из мира теневого бизнеса, знаменитые актеры, спортсмены и дипломаты, и попасть туда человеку со стороны стало очень сложно.


Ирина Ювалова и Леонид Геллер

В советские времена было опасно тратить большие деньги. Если человек покупал себе вторую машину или даже второй холодильник, он вполне мог ожидать, что его соседи, которые за глаза восхищались покупками, напишут в милицию анонимку, в которой постараются донести до правоохранительных органов, что кое-кто живет не по средствам. Поскольку большинство советских людей жили на одну зарплату, то уже сам факт приобретения дорогих вещей являлся доказательством того, что ты воруешь. Поэтому состоятельные люди не жалели денег на развлечения, главным из которых являлся «кабак» с модной и драйвовой музыкой. «Сатурн» устраивал этих людей по всем параметрам. Несмотря на то, что здесь был не очень презентабельный интерьер, зато сцена очень эффектно, по-западному освещалась софитами, а кроме того - в «Сатурне» стояла лучшая по тем временам вокальная аппаратура. Многие популярные исполнители тогда выступали на хиленьких немецких «Регентах» или венгерских «Бигах», а у Геллера уже были настоящие «фирменные», американские колонки, которые он купил у уезжавшего в эмиграцию певца Эмиля Горовца. В среде любителей музыки тогда царил культ хорошей аппаратуры и даже витые шнуры, с полупровисом тянувшиеся от гитары к усилителю, заставляли учащенно биться сердца, а уж фирменные колонки производили на публику просто атомное впечатление.

Разумеется, Геллер приглашал в свой оркестр лучших из лучших. Из тех, кто постоянно работал в «Сатурне», можно выделить гитариста Аркадия Мяскова по кличке «Слон», басиста Геннадия Стребкова, барабанщика Владимира Самодеенко, певицу Ирину Ювалову... В 1970 году в состав оркестра вошел клавишник Юрий Юров, до этого выступавший в популярном ансамбле «Электрон», который исполнял музыку в стиле сёрф.
Сам Геллер играл на саксофоне, кларнете и вибрафоне. Рассказывают, что в юности Леонид работал жонглером и в ходе концерта, как свидетельствует лидер ансамбля «Арсенал» Алексей Козлов, Геллер нередко демонстрировал свое мастерство, ловко манипулируя с кларнетом, например, устанавливая его на лбу в вертикальном положении, либо жонглируя маракасами.
«Я несколько раз бывал у Геллера на репетициях, - рассказывает наш знаменитый блюзмен, лидер группы «Удачное Приобретение» Алексей «Вайт» Белов. - Он отрабатывал со своими музыкантами каждое движение, требовал от певцов вживаться в образ в зависимости от того, какую песню они исполняют. На любительской рок-сцене тогда все было гораздо примитивнее. Там главное - дым, огонь и грохот. А здесь присутствовала серьезная режиссерская работа. Поэтому, приходя в «Сатурн», человек попадал на настоящее шоу».

Оркестр Геллера исполнял программу, состоявшую из трех отделений, причем перед каждым отделением музыканты переодевались в новые костюмы. То есть не только солисты выходили в стильных нарядах, но и сами музыканты были одеты очень дорого и эффектно.
В первом отделении, пока посетители ресторана неторопливо рассаживались за столики и делали заказы официантам, оркестр при приглушенном освещении исполнял какую-нибудь тихую музыку, в основном – входившую в моду босса-нову, которая у нас тогда называлась не иначе, как «бразильский рок».
«Мне из нашего первого отделения на всю оставшуюся жизнь запомнилась пьеса «Dezafinado», потому что я играл ее с Геллером каждый день на протяжении многих лет», - говорит пианист Юрий Юров.

Советский оркестр, работая в советском ресторане, не мог исполнять только американские рок-н-роллы или бразильские самбы-румбы, это противоречило бы всем нормам коммунистического бытия. Поэтому второе отделение отводилось под исполнение советских песен. Но Геллер считал, что творения официальных советских композиторов не дотягивают до международных стандартов, а потому старался вместо них включать в программу больше народных песен, причем не только русских, но азербайджанских, грузинских или армянских. Народные песни, аранжированные в модном джазовом стиле, имели огромный успех у публики.

Но народ, собравшийся в «Сатурне», конечно, жаждал третьего отделения, в котором оркестр Геллера исполнял заказы собравшихся, в основном – хиты из репертуара популярных западных исполнителей. Ирина Ювалова вспоминала, что в 60-х годах люди, как правило, просили сыграть буги-вуги или рок-н-ролл. Но особой популярностью пользовалась романтичная песня Бобби Дарина «Look at me», которую в записках, передаваемых на сцену, ласково именовали не иначе как «Лукетушкой»: «Ирочка, спой «Лукетушку»!».

За исполнение заказных песен надо было заплатить денежный взнос, который на музыкантском слэнге назывался «парнос». Но поскольку Московское Объединение Музыкальных Ансамблей (МОМА), которое руководило музыкантами, игравшими в ресторанах, вело суровую борьбу с «парносом» и вообще с исполнением «на заказ» песен, не включенных в утвержденный репертуар, то Леониду приходилось соблюдать строгую конспирацию. Сегодня уже можно раскрыть секрет, каким образом Геллер, несмотря на постоянную слежку, умудрялся незаметно брать деньги у клиентов.
Где бы он ни работал, у него на сцене всегда стояла специальная ширма, за которой переодевалась и отдыхала певица. Вот туда-то и заходили люди, чтобы передать «парнос» и заказать песню, а то и целую программу. Отследить, кто походил к певице, заказчик или вздыхающий поклонник, было невозможно. Полученные деньги певица запихивала в туфлю – там их и не найдешь. А найдешь – не докажешь, чьи это деньги. Это была целая система.

«Геллер – это комфортабельность, - говорит пианист Юрий Юров. – Геллер был очень хорошим организатором. Мы всегда были одеты с иголочки и на нас шли, как в театр. А каждую осень, с августа по сентябрь, мы отдыхали... вернее, работали в Сочи, в ресторане «Интуриста»...»

«В 1970 году, когда они ушли в отпуск, мы замещали их, выступая в «Сатурне» целый месяц, - вспоминает Алексей «Вайт» Белов. – Но это было не «Удачное Приобретение», а музыканты, с которыми я все лето играл в ресторане в Грузии, в Зугдиди. Когда возникла возможность поиграть в «Сатурне», они снова пригласили меня. Конечно, мы не могли исполнить ту программу, которую играл бэнд Геллера. Но по инерции в «Сатурн» продолжали ходить люди, которые привыкли ходить туда «на Геллера». Проработав там месяц, я почувствовал себя значительно обеспеченнее. Люди платили нам, может быть, не так много, как Геллеру, но, во всяком случае, очень активно. Они привыкли к тому, что за музыку нужно платить.
Кстати, прежде, чем позвать нас на замену, Геллер приходил и смотрел, насколько наш уровень соответствует его требованиям. Потому что если посадить очень хороший состав, то когда он уйдет, то уведет с собой и часть публики. Это плохо. Если посадить совсем плохой состав, то люди перестанут ходить и точку потом снова придется раскачивать. Поэтому он посадил нас, молодых, которые играли и не плохо, и не хорошо, зато задорно...»

Когда Геллер ушел в другое место, «Сатурн» перестал быть культовой точкой и постепенно зачах. К Олимпиаде эту точку попытались оживить, и на месте «Сатурна» было открыто кафе «Русский чай». Но без Геллера чай там казался невкусным, а пирожные не очень сладкими...

Так как свято место пусто не бывает, то слава культовой точки вскоре перешла к ресторану «София», в котором работал гитарист Алексей «Вайт» Белов, лидер блюз-роковой группы «Удачное Приобретение».

Алексей "Вайт" Белов

Выступления на подпольных концертах и игра в ресторанах составляют две ипостаси биографии Вайта. В 70-е годы он играл отвязные андеграундные сейшена, о которых до сих пор рассказываются легенды. В 80-е годы продвинутые люди ездили в рестораны, где выступал Вайт, специально, как на концерт. «На Вайта» возили приезжавших в Москву западных дипломатов и коммерсантов, под звуки его гитары подписывались договора и составлялись контракты, имевшие в том числе и государственное значение. Кстати, именно сюда, в «Софию», слушать Вайта, Артемий Троицкий привел зам.директора Тбилисской филармонии Гайоза Канделаки, с которым обсуждал идею проведения в Грузии весной 1980 года грандиозного рок-фестиваля.

...Выступление на фестивале «Весенние ритмы» в Тбилиси для Вайта и его друзей, презентовавших себя под названием «Глобус», закончилось скандалом. После того, как отзвучали финальные аккорды программы, саксофонист «Глобуса» Айдын Гусейнов сказал в микрофон: «Мадлоп!» (для грузинов), «Большое спасибо!» (для русских) и «Сенкью вери мач!» (для иностранцев). Этого оказалось достаточно, чтобы к музыкантам тут же подбежали устроители фестиваля и начали выяснять отношения:
«Вы что, в кутузку захотели? Кто вам позволил! Да мы вас сейчас за вашу «сенька бери мяч» отведем, куда надо, и уж там с вами разберутся по первое число!»

«А что такого криминального мы сказали? – вступился Вайт за своего саксофониста. - Простите, но тут присутствуют и финны, и шведы, и если они показывают поднятый вверх большой палец, значит, им нравится. Мы должны были поблагодарить их. Поэтому нет ничего страшного в том, что человек сказал «сенкью вери мач»!»

«Вот сейчас милиция и разберется, то ли вы сказали!» - продолжали бушевать хозяева. Но вдруг последовало неожиданное глиссандо:

«Ладно, завтра вы играете в доме офицеров, а послезавтра поедете в Гори...»

После окончания концерта в цирке города Гори к Вайту подошел один из организаторов, протянул билеты на самолет и сказал: «Быстро линяйте отсюда!»

«Но мы бы хотели остаться до конца фестиваля, чтобы узнать, кто же станет лауреатом, коли уж вы вместо фестиваля устроили конкурс! - ответил Алексей Белов. - Разве мы не имеем на это право?»

«Конечно, имеете. Но я советую вам немедленно уехать! Не надо бы вам здесь маячить! А то нашлись музыканты, которые устроили скандал еще хлеще, чем вы...»

Устроители фестиваля вручили «Глобусу» почетную грамоту и поскорее отправили Вайта и его друзей восвояси, в Москву.

Спустя некоторое время в газете «Советская культура» вышла статья про фестиваль в Тбилиси, в которой Вайту было уделено несколько строчек: «В первый день фестиваля запомнились импровизации А.Белова на гитаре...» Алексей принес газету в ресторан, чтобы показать руководителю своего ансамбля. Тот прочитал и похвалил: «Леха, поздравляю!»

В советские времена даже одна хвалебная строчка в этой газете, являвшейся изданием ЦК КПСС, могла послужить надежной защитой от возможных репрессий. Но, осмотревшись по сторонам, Вайт все-таки решил, что сейшеновая деятельность стала слишком опасной. «За музыкантами начали шпионить, что-то вынюхивать и записывать: кто лоялен? А если ты поешь по-русски, то начали выяснять, про что ты поешь? Поэтому такой оркестр, как «Аквариум», был сразу же репрессирован. Музыкантов этой группы выгнали из комсомола, погнали с работы, - так вспоминает Алексей Белов ощущения того времени. - Тбилисский фестиваль подтвердил, что нужно иметь ушки на макушке и против ветра не плевать, потому что разное может приключиться. Это хорошо Гребенщикову: «Ах, так! Ну, выгнали нас из тех мест, где мы работали по распределению после института, ну и Бог с ними!» И они пошли, кто куда. Кто в дворники, кто уголь грузить. И это дало им вроде бы как свободу. Но это он сейчас кичится: все, мол, ерунда! Никакая это не ерунда! Если тебя выгнали с работы и из комсомола, значит, тебя фактически нарекли врагом народа! Получается, что ты прешь по политическим мотивам. Следующий шаг – в дурдом. Поэтому самое страшное и произошло как раз после 1980 года».

В итоге этих грустных размышлений Алексей Белов принял решение распустить группу «Удачное Приобретение» и полностью сконцентрироваться на работе в ресторане. Конечно, у Вайта была возможность устроиться на работу в официальный вокально-инструментальный ансамбль, куда его настойчиво приглашали, но это означало гастроли по разным «кацапетовкам» и исполнение песен советских композиторов – Алексея это категорически не устраивало.

«Почему я пошел играть в ресторан? – рассказывает Алексей «Вайт» Белов. - Потому что в ресторанах собирались продвинутые, как сейчас говорят, люди, которые любили рок-н-ролл. Любить и слушать рок-н-ролл было модно. И если ты это слушаешь, если ты стильно одет, значит, ты следишь за мировой модой, значит, ты живешь так, как живет все общество на планете.
Я пришел работать в «Софию», когда там собрались очень сильные музыканты из джазовой диаспоры. На саксофоне играл Валерий Кацнельсон, на бас-гитаре - Владимир Бабенко, а после него – Михаил Смола. На барабанах там играл сначала Сергей Пырченков-младший, а позже его заменил Армен Чалдранян из джаз-ансамбля К.Орбеляна. На клавишах играл Владимир Воронин, он же был и руководителем оркестра,

А «кормил» нас всех «отец родной» - азербайджанский певец Зикрет Гасанов, который пел и по-азербайджански, и по-армянски, и по-грузински, и по-английски, и с равным успехом мог исполнить как песню Тома Джонса «My Way», так и народную азербайджанскую песню «Гюл оглан», причем делал это так, что заводились все присутствовавшие в ресторане люди. Вообще это был настоящий человек-оркестр! Он окончил музыкальное училище по классу фагота, отлично играл на клавишах и фантастически великолепно – на барабанах.

Зикрет Гасанов был небольшого роста, с кривенькими ножками, огромным кривым носом, темпераментный, как все кавказцы, и при этом - невероятно обаятельный. Когда Владимир Матецкий заходил в «Софию», то, указывая на Зикрета, говорил, что это – настоящий панк.

В «Софии» традиционно собирались представители кавказской диаспоры, осевшие в столице. Их привлекала болгарская кухня, особенно баранина, которая жарилась на углях. От этого блюда в ресторане постоянно витал жаркий запах бараньего жира, ведь мясо дожаривалось в обеденном зале прямо на столах перед восхищенными посетителями.
Для своих земляков Зикрет исполнял мугамы, а настоящие арабские мугамы – это очень непростые вокальные произведения.

Я впитывал, как губка, все, что умели делать эти люди. А они в моем лице видели музыканта, способного помочь вокалисту петь национальную болгарскую музыку, которая звучала в первом отделении. Кстати, болгарская музыка состоит из сложнейших размеров, которые к тому же постоянно меняются. Но мои старшие товарищи очень изящно одевали народное произведение в традиционные джазовые гармонии, и Кацнельсон с удовольствием импровизировал на эти сложные размеры. Выходило очень круто!

Но так уж повелось, что стоило мне появиться в каком-либо ресторане, там сразу же начиналась исполняться блюзовая и рок-н-ролльная программа. Потому что стоило мне сказать музыкантам, что я знаю все, начиная от твистов и заканчивая рок-н-роллами и буги, это вызывало неподдельный восторг: ведь многие люди это играли в молодости! И если в составе был саксофонист, он обязательно говорил: «Я тоже слушал «на костях» «Twist again», и с удовольствием его сыграю!» Валерий Кацнельсон тоже с удовольствием играл эту музыку...»
Алексей Белов проработал в «Софии» с 1980 по 1983 год, до тех пор, пока чиновники из министерства культуры не принялись наводить в столичных точках общепита порядок, несовместимый с жизнью блюза и рок-н-ролла.

Одновременно с «Софией» раскручивалась и другая элитная точка – ресторан Центрального Дома туриста, затаившийся на окраине Москвы, в самом конце Ленинского проспекта. Звездами этого варьете были музыканты группы «Карнавал» - Александр Барыкин, Владимир Кузьмин, Евгений Казанцев и Владимир Болдырев.


Александр Барыкин

…Песня «Белла Донна» была визитной карточкой Александра Барыкина, исполняя которую, он мог продемонстрировать все возможности своего вокала. Когда в 1979 году эта песня вышла на диске-гиганте ВИА «Веселые Ребята», Александр почувствовал, что обрел необходимую популярность, чтобы организовать собственную группу. И однажды на гастролях он собрал своих друзей – барабанщика Владимира Полонского, с которым играл в «Веселых Ребятах», басиста Евгения Казанцева и гитариста (а также - скрипача и саксофониста) Владимира Кузьмина, которые работали в ВИА «Самоцевты», - и сказал им: «Ребята! Мы же все личности! Каждый из нас много чего умеет! Я знаю, как, работая в ресторане, можно делать подпольные концерты. Я знаю всех администраторов-комсомольцев, которые устраивают андеграундные сейшена! Давайте сделаем собственную группу!..»

Барыкин смог убедить Кузьмина и Казанцева двинуться за ним в новое музыкальное путешествие, а Полонский решил остаться в «Веселых Ребятах». Тогда на свободное место за ударной установкой был приглашен талантливый барабанщик Владимир Болдырев. Он стал известен, работая в группе Раймонда Паулса «Модо». Когда эти рижане приезжали с гастролями в Москву, многие столичные музыканты приходили на их концерты, чтобы полюбоваться эффектной и очень техничной игрой Болдырева. Потом Болдырев решил насовсем перебраться из Риги в Москву и устроился работать в оркестр ресторана гостиницы «Белград». Этот ресторан был очень популярен среди продвинутых столичных любителей музыки и попасть туда вечером было очень трудно: ведь в ресторанном оркестре солировала певица Татьяна Конькова, великолепно исполнявшая блюзы. Тем не менее, когда Барыкин, Кузьмин и Казанцев обратились к Болдыреву с предложением войти в их новую группу, он немедленно согласился.

Проведя рекогонсцировку музыкального ландшафта, Барыкин довольно быстро нашел место, где можно было бы работать: ресторан подмосковной Салтыковки, с директором которого он был знаком. Готовясь к дебюту, Барыкин на машине одного своего товарища объехал многие известные московские рестораны и раздал всем крутым, богатым людям, которых встретил во время этой поездки, пригласительные: «Приезжайте в Салтыковку!» И уже на первом выступлении «Карнавала» в Салтыковке был «биток»! Туда приехали и фарцовщики, и каталы, и цеховики, и девушки легкого поведения.

По традиции «Карнавал» исполнял в Салтыковке программу, состоявшую из мировых англоязычных хитов, но уже тогда в репертуаре группы появились первые песни на русском языке, которые спустя некоторое время создадут «Карнавалу» всесоюзную славу. Сначала Барыкин сочинил два хита - «Лед слезы льет» и «Супермен». Затем несколько своих песен написал и Владимир Кузьмин.

Ресторан в Салтыковке был притягателен для состоятельных посетителей еще и тем, что в отличие от московских ресторанов, которые работали только до одиннадцати часов вечера, он был открыт до четырех часов утра. Правда, за полночь засиживались исключительно «свои», потому что это были фактически подпольные сейшена, и если бы правоохранительным органам удалось взять устроителей этих «ночников» с поличным, им грозил бы срок за частное предпринимательство. Рассказывают, что милиция дважды устраивала «набеги» на ресторан в Салтыковке, но система оповещения была устроена так, что все посетители успевали уйти через черный ход. Когда милиционеры врывались в ресторанный зал, они заставали там только музыкантов.
- Вы кто такие и что здесь делаете? – грозно спрашивал милицейский начальник.
- Мы музыканты! Мы здесь репетируем! – отвечали музыканты.
- А почему это вы по ночам репетируете?
- А вот такой мы творческий народ, комсомольцы...
После короткого разговора недовольные милиционеры грузились в «воронки» и уезжали восвояси.

Опасность, которую таили в себе «ночники», вырабатывала повышенный адреналин, а вместе с ним возрастал интерес элитной публики к ресторану в Салтыковке. Цеховики, фарцовщики и валютчики, которые собирались здесь на ночные тусовки, и так жили под постоянной угрозой ареста, а вероятность того, что это может случиться во время ужина в ресторане, превращало жизнь в игру.

Все шло своим чередом: «Карнавал» работал в ресторане в Салтыковке и временами отрывался на подпольных сейшнах, - но тут Барыкину позвонил бывший руководитель ансамбля ресторана сочинской гостиницы «Жемчужина» Александр Михайловский, которого музыканты даже в глаза называли «Папа», поскольку он по-настоящему ценил музыкантов и заботился о них. Он сообщил, что перебрался из Сочи в Москву, в Центральный дом туриста, куда перевез и всю свою аппаратуру, и даже артистов, с которыми работал в Сочи. Барыкин тоже выступал в варьете у «Папы» Михайловского в «Жемчужине» в середине 70-х и сохранил о тех временах самые лучшие воспоминания. Поэтому когда в ходе разговора прозвучало предложение снова поработать вместе, Барыкин принял его, не раздумывая.

«В первом отделении, - вспоминал Александр Барыкин, - мы исполняли пьесы из репертуара «Weather Report», Сантаны и Билли Кобхэма, и в это время в ресторане никто никогда не ел, потому что все смотрели на сцену. Хотя официанты ходили по залу и принимали заказы. Учить джаз-роковые композиции нас заставлял Болдырев, которому было не очень интересно играть с нами шейки. Мы для него даже «Spectrum» играли! Но когда начиналось второе отделение, мы говорили Болдыреву: «А теперь наше время, Володя! Давай-ка «Eagles» жахнем!»

Играя на танцах в Салтыковке и в ЦДТ, Александр Барыкин и его друзья ускоренными темпами готовили программу, состоящую из русскоязычных песен, с которой в 1982 году устроились на работу в Тульскую филармонию. Некоторое время в варьете Центрального дома туриста на гитаре играл Юрий Шахназаров, основатель легендарного «Аракса».

Позже сюда пришел работать Алексей «Вайт» Белов: «Я попал в мир варьете и могу сказать, что это – работа. Это не просто три отделения, когда музыканты играют танцы. Руководитель включал в программу выступления и солистов, и танцоров, которым мы аккомпанировали. Да, зарплату там платили вдвое больше, чем в обычном ресторане, но ведь нужно было приходить днем и действительно репетировать. Потом, если успеваешь, то до начала представления можешь вернуться домой, а если нет, то приходилось оставаться на рабочем месте...
Полтора года я проработал в варьете у Михайловского, и не жалею о том времени, потому что там меня тоже окружали очень сильные музыканты – «вышак», как говорили в те времена. Наш клавишник Евгений Печенов играл и пел, как Аль Бано и даже лучше. На бас-гитаре у нас играл Александр Шабин, а его жена Оксана Шабина была солисткой варьете. В нашу духовую секцию входили музыканты из первого состава «Песняров»! В общем, мне повезло: я выступал на одной сцене с самыми продвинутыми людьми».

Позже Алексей «Вайт» Белов работал в ресторане «Университетский», где познакомился и подружился с клавишником Юрием Юровым, ранее выступавшем в оркестре Леонида Геллера.
Другой Алексей Белов, тезка и однофамилец Вайта, ставший знаменитым, выступая в составе группы «Парк Горького», в середине 80-х играл в ресторане «Салтыковский».
Вокалист «Парка Горького» Николай Носков в то же самое время работал в ресторане «Аист», расположенном на Ленинградском проспекте, напротив стадиона «Динамо».
Одновременно в ресторане «Севастополь» работала компания во главе с Михаилом «Петровичем» Соколовым, барабанщиком легендарного «Удачного Приобретения».
Григорий Безуглый, гитарист группы «Круиз», долгое время выступал в ресторане «Солнечный», находящийся недалеко от МКАД.
И всегда, когда в ресторанах, где работали наши знаменитые рокеры, начинались танцы, обязательно звучали и блюз, и твист, и рок-н-ролл.
 
 
 
Спящий на Вяткеtihonoff on Сентябрь, 23, 2009 13:11 (UTC)
Спасибо!
Очень интересно написано!
Muz][рониI[_и...abstractmotion on Сентябрь, 23, 2009 14:03 (UTC)
Спасибо!!! 8)
Константин Csillagászkostja_omega on Сентябрь, 23, 2009 16:34 (UTC)
Спасибо. Очень интересно и познавательно. Конечно, Удачное Приобретение это легенда рок-сцены 70-х, не менее интересен самый первый состав Карнавала. Очень нравится их первый альбом "Супермен" (1981), из которого фирма Мелодия выпустила лишь три песни, выпустив миньон. Жаль, что полноценный альбом так и не вышел...
starperrock on Сентябрь, 23, 2009 17:26 (UTC)
Аудио-факты
Владимир, очень интересно.
Ниже живой концерт Карнавала в первом составе. (правда мало что сохранилось)
1Слезы льет лед
2.Делай физзарядку
3.Спортлото
4.Мама я попал в беду
5.Проявленые лица

http://rockoved.ifolder.ru/14147034
Константин Csillagászkostja_omega on Сентябрь, 26, 2009 13:56 (UTC)
Re: Аудио-факты
Спасибо за ссылку, очень интересно, скачал себе...
gurukenguruken on Сентябрь, 24, 2009 00:37 (UTC)
Отличный текст. Браво!
Владимир Марочкинmarochkin on Сентябрь, 24, 2009 09:26 (UTC)
Спасибо!
keira_bloomkeira_bloom on Февраль, 13, 2010 12:06 (UTC)
Рок-н-ролл в наши дни?
Хотелось бы спросить - как обстоят дела с рок-н-роллом в наши дни? Мне для проекта в школе надо, да и самой интересно. Никак не могу найти информацию. Помогите, пожалуйста!
Владимир Марочкинmarochkin on Февраль, 13, 2010 15:10 (UTC)
Re: Рок-н-ролл в наши дни?
Спасибо. С рок-н-роллом и в наши дни все хорошо.
Если можно, задайте вопрос поконкретней.
Что послушать?
Куда пойти посмотреть?
Как поживает группа "Мистер Твистер"?
Можно ли играть рок-н-ролл в школе?
Правда, ли что Элвис обещал вернуться с Сириуса и забацать еще пару-тройку концеров?
keira_bloomkeira_bloom on Февраль, 14, 2010 12:43 (UTC)
Re: Рок-н-ролл в наши дни?
Куда пойти посмотреть?
Владимир Марочкинmarochkin on Февраль, 15, 2010 06:42 (UTC)
Re: Рок-н-ролл в наши дни?
Я хожу в клубы "Швайн" (м.Бауманская) и "Билингва (м. Читсые Пруды, Кривоколенный переулок), где часто играют веселые рок-н-ролльные команды.
Более точечную информацию можно получить на сайте Олега Усманова ("Пижоны", экс-"Мистер твистер"):
http://www.pijony.ru/index0.htm
Или тут:
http://www.revofroggy.ru/
Вот страничка клуба "Швайн". В феврале там будет играть "Мистер Твистер":
http://www.schwein.ru/clubaficha.html

keira_bloomkeira_bloom on Февраль, 15, 2010 13:08 (UTC)
Re: Рок-н-ролл в наши дни?
Спасибо большое )))))
ext_300787 on Октябрь, 27, 2010 20:47 (UTC)
Меня затронули слова о моем любимом дядьке (Зикрет Гасанов), хочу поблагодарить за те теплые слова о нем, было приятно. Я не раз был свидетелем его пения и каждый раз с лица не сходило выражение удовлетворенности от манеры и стиля исполнения.
Владимир Марочкинmarochkin on Октябрь, 28, 2010 15:05 (UTC)
Большое спасибо! Я был бы очень рад, если бы Вы смогли больше рассказать о Зикрете Гасанове. Какова его дальнейшая судьба?
trolleybassisttrolleybassist on Февраль, 2, 2011 10:35 (UTC)
Родители мне рассказывали про Сатурн.
Владимир Марочкинmarochkin on Февраль, 4, 2011 11:10 (UTC)
Интересно! А что они рассказывалИ?
(Анонимно) on Май, 13, 2012 08:12 (UTC)
Джаз 70-х
Очень интересная статья. Хотела бы добавить, что в 70-х цеховики, фарцовщики и валютчики очень любили Кисловодск и , соответственно, многие московские музыканты приезжали туда на сезонные заработки, да и цензура вдали от Москвы была не такая суровая. Особенно любили ресторан Театральный и Замок.Была знакома с Татьяной Коньковой, которая жила у меня дома.Она выступала в Театральном и имела оглушительный успех!!Согласитесь, в те времена джаз на Кавказе....Её муж- Александр Тимонин ( музыкант) выступал в Ессентуках в ресторане Кавказ.Выглядела Танечка очень по- западному: высокий конский хвост, шикарная фигура, сильный голос с хрипотцой, сильный репертуар. ВСЕ ходили на нее. Очень хочу попасть на ее выступление в джаз- кафе Эссе в Москве. Интересно, узнает ли она меня???